Отключить

Забронировать билеты: 8 (391) 227-86-97

Версия для слабовидящих

Интервью

22.11.2017

Мария Тихонова: "Я родом из оперы!"

Оперу Джузеппе Верди "Трубадур" покажет в ближайшие выходные, 25-26 ноября, Красноярский театр оперы и балета. Накануне премьеры корреспондент "Красноярского рабочего" встретился с её постановщицей Марией ТИХОНОВОЙ.

"Трубадур"– Я трудоголик, – пояснила режиссёр "Трубадура". – Очень люблю учиться, работать. Родом из Москвы, с раннего детства занималась актёрским мастерством, что позволило увидеть его изнутри. Кстати, мои родители – певцы Большого театра, и для меня он был любимым домом, в котором выросла.

– Ваш педагог Андрейс Жагарс, прежде чем уйти в музыкальный театр, также начинал как киноактёр...

– Мой мастер – интересный человек, он очень нетривиально преподавал. ГИТИС – довольно академичная школа, но представление самого Андрейса о театре очень современное. А ещё интересное и яркое. Благодарна его урокам, они научили меня уверенно существовать в пространстве оперы, быть на пятьдесят процентов новатором, а на пятьдесят – академистом.

– Как в вас сочетается продюсер и режиссёр? Одно другому помогает?

– На самом деле опыт продюсера даёт хорошую экономическую и "человеческую" базу. Начинала учиться в школе-студии МХАТ, где мне дали, по сути, театроведческую специальность. Потом поняла, что это не совсем моё, параллельно поступила в ГИТИС и начала изучать режиссуру. Позже перевелась в Гнесинку, захотелось получать больше музыкальных предметов параллельно с экономическими (по первому образованию).

Постепенно поняла: моя дорога – в музыкальный театр. Кстати, если бы не школа МХАТа, я бы хорошо не узнала древнегреческую литературу. Наверное, отсюда "истоки" моей первой в Красноярске постановки – оперы "Медея".

– Не тяжеловато ли вам совершать постоянные перелёты из Москвы, где у вас семья, в Красноярск и обратно?

– В Москве – мама, родные, там дом, в котором родилась и выросла. Конечно, непросто, но меня всё устраивает, всё нравится.

У меня был тяжёлый сентябрь, на который пришлось четыре или пять перелётов, жила на два дома и на два проекта – в Красноярске и в Москве. Но в Сибири у меня появилось много друзей, единомышленников. Я даже переманила в ваш театр из столицы Иру Сид (Сидоренко. – Прим. авт.), художника-сценографа, с которой много работаю. Думаю, успешно.

– А может быть, лучше было бы для вас поработать в Москве?

– Не считаю Красноярск провинцией. К тому же мне нравится работать по профессии, а режиссёры – люди мира, неважно, где мы живём.

По характеру я авантюристка. Не люблю быть там, где легко. Чем сложнее задача или материал, тем с большим удовольствием возьмусь за него. Тем интереснее жить.

Музыкальный театр – это невероятно сложно. Я бы могла уйти в драму или заниматься кино, которыми тоже увлекаюсь, но выбрала всё-таки музыку, наверное, повторяю, потому что авантюристка и с детства очень люблю оперу. Обожаю сложное слияние жанров, а в опере есть и драма, и музыка, и отчасти балет, и художественное искусство.

– Но ведь и кино объединяет все жанры?

– Там эмоции передаются через экран, а в театре ты можешь почувствовать их вживую. Одних своих знакомых, которые ходят только в кино, позвала к нам на спектакль. Когда он закончился, они сказали: "Слушай, а это же совсем другие, живые эмоции!" Театр – магия, которая происходит здесь и сейчас и так цепляет, что потом можешь приходить в себя несколько дней.

– Вы не изучали режиссуру драмы?

– Нет, такого предмета не было. Драма мне тоже интересна, пытаюсь с нашими певцами работать в этом направлении, потому что в опере очень важно, о чём ты поёшь и какие эмоции выражаешь.

При постановке "Трубадура" мы глубоко именно психологически копали, чтобы артисты не просто стояли на сцене и пели, а чтобы каждый раскрывался в полной мере.

– Как вы выбираете материал для постановки? У вас такие разные работы – "Алиса в Стране чудес", "Евгений Онегин", "Дневник Анны Франк", "Медея", "Трубадур"...

– В голове много идей. Вчера сидела и вдруг подумала об опере "Иоланта". И появилась идея интересной формы...

Современный театр нацеливает нас на диалог со зрителем. И мне нравится делать постановки, которые будут цеплять человека.

Выбор материала? Это тоже работа – предложить то, что интересно конкретному театру. Как мне кажется, "Медея" пару лет назад была очень актуальна: шёл Год Греции и Год кино.

"Трубадур" – иная история. Руководство красноярского театра предложило: "Сделай концертное исполнение". Попробовала. Получилось, по отзывам, хорошо. А уж потом мне доверили большую постановку.

А вот, например, "Русалка" – моя идея, мой выбор. Да, не всегда личные ощущения могут быть верными, я достаточно молода и могу ошибаться, но в искусстве ничего нельзя знать заранее, многое зависит от какого-то предчувствия, что этот материал будет интересен всем. Но и самому режиссёру хочется прочувствовать, прожить его. "Русалка", к примеру, – это судьба девушки, то есть и моя собственная в какой-то степени.

Сейчас же моя судьба – "Трубадур".

– Как относятся артисты к вашим поискам?

Мария Тихонова– У меня с ними прекрасные отношения. Со Светой Рацлаф-Левчук познакомились на "Медее". Предварительно много слушала Марию Каллас. Приехала на репетиционный период в Красноярск: сейчас, думаю, придут такие интересные исполнительницы!

Появились три абсолютно разные женщины – Анна Киселёва, Света Рацлаф и Эка Горстка. И как это оказалось здорово!

Спектакль получился о тяжёлой женской доле. Для меня он стал вызовом: сделать с тремя исполнительницами три разных образа. Да, пыталась оправдывать Медею, потому что это история страдающей личности, а не монстра...

Может быть, поначалу в театре присматривались ко мне, но мы быстро нашли общий язык, доверились друг другу. Стараюсь с каждым артистом разговаривать, искать точки соприкосновения.

– Как в "Медее" появилась талантливая армянская певица Эка Горстка?

– Она приезжала в Красноярск на конкурс имени Петра Словцова. В тот момент знала чуть не всю партию Медеи, а так как полным ходом готовилась постановка, решили её попробовать. Было интересно, ведь она пришла в оперу из кино и из драмы. Надеюсь, будет ещё петь в Красноярске, зрители её полюбили, хотя у неё много работы дома.

– О чём будет ваш "Трубадур"? Последний раз, как мне кажется, его ставили в Красноярске в 1987 году. Своеобразный юбилей получается?

– "Трубадур" – сложная опера. И, на мой взгляд, одна из самых красивых в мире. Это большой вызов для режиссёра, каждая нота что-то значит. И с ней надо обходиться бережно, тут главное – музыка!

Что точно могу сказать уже сейчас: это будет средневековая история. О периоде завершения Крестовых походов. Поэтому у нас есть цыгане, которые притесняют своих же собратьев-язычников. Это XV век, переносить события в наше время не стоит – такой перенос помешает музыке.

А она отражает ожесточённую борьбу двух лагерей, на фоне которой выстраиваются человеческие отношения, чувства, эмоции. Например, лирический треугольник: Леонора, граф и трубадур Манрико... Также важной получается линия Азучены, которая не просто мстит, а обладает особенным экстрасенсорным даром, периодически управляющим ею самой.

Главное, чтобы материал был понятен и чувства героев были живыми – здесь и сейчас. Постараемся это передать.

Интересно работать с хором – сцен с его участием очень много. При этом экспериментируем, шалим, благодаря чему почти каждый артист хора становится персонажем с небольшой, но собственной историей. Уверена, такой хор тоже запомнится публике.

– Насколько для вас важно работать в постоянной связке с художником? Ведь вы уже ставили вместе и "Медею", и "Русалку"?

– С художником-постановщиком Ирой Сид мы давно друг друга знаем, познакомились в 16 лет, когда она начинала как художник, а я – как продюсер и театровед. Действительно люблю работать с ней: мне важно доверять человеку. Каждый раз пробовать нового художника – определённый риск, а у нас с Ирой на счету более десяти совместных работ.

– "Трубадур" готов. Вы уже знаете, что будете делать дальше?

– На самом деле у меня много параллельной работы, хотя, конечно же, сконцентрирована на "Трубадуре". Мы готовим для гастролей в столицу Франции два короткометражных фильма о Сурикове и Астафьеве. Также везём туда интересную концертную программу. Несколько дней в Париже обещают быть довольно насыщенными.

Весной опера "Медея" поедет на первые гастроли – в Астрахань. Параллельно готовлю несколько работ в других городах...

– Вы и про кино не забываете?

– Нет, конечно. Все фильмы для "Медеи" сняты нашей командой, если так можно уже сказать (речь о киновставках, которые использовались в красноярском спектакле. – Прим. авт.).

– А как же любимая Москва?

– В январе будем делать там экспериментальный театральный кинопроект с обращением к виртуальной реальности. Человек в очках смотрит кино онлайн, которое будет полностью создано в театральном пространстве, но, поворачивая голову, ощутит себя внутри "Ромео и Джульетты" Вильяма Шекспира.

ДОСЬЕ "КР"

Мария ТИХОНОВА в 2015 году с отличием окончила государственную академию имени Гнесиных (специальность – "музыкальный менеджмент"). Предварительно проходила стажировку в Большом театре России. В 2017-м окончила ГИТИС ("режиссёр музыкального театра").

В 2016 году поставила оперу "Евгений Онегин" на сцене московского Камерного музыкального театра имени Б. А. Покровского. Продюсер и постановщик монооперы "Дневник Анны Франк" Г. С. Фрида в культурном центре "Хитровка" в Москве.

Автор и режиссёр нескольких концертных программ в Красноярском оперном. В начале года выступила режиссёром-постановщиком мюзикла "Алиса в Стране чудес" В. Баскина в Учебном театре Б. В. Щукина. "Медея" в её постановке вошла в лонг-лист премии "Золотая маска", была признана лучшей премьерой сезона в музыкальном театре на краевом фестивале "Театральная весна".

Сергей ПАВЛЕНКО
"Красноярский рабочий", 22 ноября 2017 г.