Отключить

Забронировать билеты: 8 (391) 227-86-97

Версия для слабовидящих

Интервью

01.07.2005

Сергей Бобров: "Джульетту должна танцевать юная балерина"

8 июля в Красноярском театре оперы и балета долгожданная премьера - "Ромео и Джульетта" Сергея Прокофьева. Англичане заочно поверили в успех постановки - и уже пригласили красноярцев с ней на гастроли в следующем сезоне. Но главный балетмейстер театра Сергей Бобров не скрывает волнения: этот спектакль для него как вызов. Перчатка, брошенная в лицо самому себе. Дуэль без права на ошибку.

Об эталонах нет и речи

- Сергей, не боитесь повторений? "Ромео и Джульетта" - балет раскрученный, можно сказать - культовый!

- А "Лебединое озеро" еще популярнее - что же теперь, его вообще не ставить? Нет, думаю, что любые повторы исключены. В "Ромео и Джульетте" одной из основных считается версия Лавровского, с монументальными декорациями. Григорович, наоборот, свойобразный ряд, структуру персонажей выстроил при минимальном количестве декораций. Но я посмотрел штук пятнадцать версий и ни одну не считаю эталоном.

- Я так понимаю, и от последней постановки этого балета в Большом театре вы тоже не в восторге?

- Я вообще воспринимаю ее как очень серьезную ошибку дирекции театра. Что, собственно, и показали гастроли в Великобритании, где их в хлам разнесла пресса. Понимаете, Большой театр - это особая цивилизация. Чтобы стать ее частью, нужно проработать там не меньше 10-15 лет -только тогда начинаешь понимать суть этого театра. Его культуру нельзя менять революционно. Чего, похоже, совершенно не понимает новая дирекция - эти временщики решили создать Большому новый имидж! И что получается? Их "Ромео и Джульетта" мог быть поставлен где угодно - но это никак не уровень Большого театра. Такое ощущение, что режиссер уже опробовал свои идеи на ряде других спектаклей. Пусть скажет спасибо артистам - они во многом вытащили его постановку. Вообще, благодаря им в театре еще сохраняется высокая планка. Не случайно после ухода из Большого артисты часто не могут нигде работать - уровень не тот...

- Однако вы же смогли?

- У меня не было особого выбора: я ученик Юрия Григоровича, с приходом новой команды я оказался там не у дел. Был солистом, танцевал ведущие партии - и вдруг исчез из всего репертуара. Пару раз потом получал приглашения: на роли Попа в "Балде" и Лимона в "Чипполино". С последним спектаклем вообще получилось очень трогательно: я танцевал в костюме Мариса Лиепы - другого не было, а новый шить не захотели! (Смеется.). В общем, в какой-то момент все это надоело: оформил пенсию и ушел.

На пути к Туманному Альбиону

- Если не ошибаюсь, именно в то время вы получили признание как балетмейстер?

- Если быть точным - немного раньше, причем за границей. В 1992 году мы вместе с Юрием Николаевичем поставили балет "Электра", он успешно прошел на гастролях в Греции и Италии. Спустя три года с не меньшим успехом я показал в Сан-Франциско, на фестивале, посвященном 50-летию ООН, двадцатиминутный балет по сказке Уайльда "День рождения инфанты" на музыку Шнитке - пресса была ошеломляюще хороша! А через месяц после этого со скандалом ушел Григорович... Ни ролей, ни постановок - что было делать? Сдал свою квартиру в центре Москвы, переехал куда-то на окраину, на вырученные деньги нанял артистов и поставил балет "Антигона". После единственного показа в Москве, на арендованной сцене театра им. Пушкина, мы отправились на гастроли в Мадрид - на премьеру пришло больше трех тысяч зрителей!.. А в России первый востребованный проект мне удалось реализовать в Красноярске.

- Какая это была постановка?

- "Царь-рыба", шесть лет назад. Я долго сомневался, насколько вообще возможно выразить языком балета всю мощь астафьевского произведения. Месяца три слушал музыку Пороцкого, причем не только к этому балету. Наконец, решился, и мы с моим другом и помощником по музыкальной части, концертмейстером Большого театра Дмитрием Александровичем Котовым сделали двухактную версию. И, как ни странно, мне почти сразу удалось организовать гастроли этого балета на Тайване, а потом в Испании.

- А в чем была странность? В малоизвестном за границей произведении?

- Если бы! В то время красноярская труппа состояла из 25 человек - кому здесь было танцевать? Да и уровень их подготовки оставлял желать лучшего. Поэтому на премьеру "Царь-рыбы" пришлось приглашать солистов Большого театра... Ситуация выравнивалась постепенно. Специально по заказу греков сделали "Антигону" - спектакль до сих пор собирает аншлаги.

- После чего вас, Сергей, потянуло на классику. Приелись модернистские эксперименты?

- Театр не может полноценно существовать без классического репертуара. И на гастроли с одними лишь современными спектаклями рассчитывать сложно - за границей русский балет славится, прежде всего, своей классикой. Вот и пришлось поднимать базу. Поставил "Щелкунчика", "Лебединое озеро", "Дон Кихота", "Спящую красавицу", "Баядерку" - все хиты! Кстати, параллельно со "Щелкунчиком", буквально за полтора месяца, по заказу тайваньского импресарио подготовил двухактный балет "Кармен". Потом все гастроли на Тайване его дорабатывал: в каждом из пятнадцати городов публика видела другой спектакль! (Смеется.)

- А на какие жертвы пошли, чтобы получить приглашение в Англию?

- На самом деле контакт с фирмой "Раймонд Габи" - очень давний, еще со времен Большого театра. Но пришлось искать новые решения балетов - сегодня никто не хочет смотреть четырехактные спектакли. Нужна была сильная труппа, эффектные декорации. На первых британских гастролях у нас была одна ведущая пара - Наталья Хакимова и Аркадий Зинов. Сейчас в Красноярске пять пар ведущих солистов - таким количеством в России могут похвастаться разве что балет Григоровича, да еще Мариинский и Большой театры. В последний раз мы показали в Англии 96 спектаклей - у вас есть подобные примеры? Труппа серьезно выросла - как в количественном, так и в качественном отношении. Что неудивительно: с нашими артистами занимаются известные московские педагоги. Сейчас в труппе больше семидесяти человек, хочу добрать до ста.

Балет - искусство молодых

- Склонность к гигантомании?

- Вынужденная необходимость! Публика не должна страдать из-за отсутствия любимых артистов, а полноценной труппе больше возможностей для маневра. Уже в этом сезоне три спектакля - "Чиполлино", "Три поросенка" и "Юнона и Авось" - шли здесь во время отсутствия основного состава. А в следующем сезоне, после прибавления труппы, никакие гастроли не помешают нам оставить в Красноярске почти весь репертуар. Сейчас вообще стараюсь делать большой упор на подготовку молодежи, даю возможность пробовать ведущие партии.

- Риска не боитесь?

- Нисколько! Балет - искусство молодых, нравится нам это или нет. Но с чего-то же им надо начинать? Как говорил Марис Лиепа, чтобы танцевать - нужно танцевать. Здесь они получают такую возможность. Анастасия Чумакова и Hиколай Олюнин - очень способные и перспективные ребята, с ними занимались репетиторы из Большого театра. А другие разве хуже? Мария Куимова танцевала Одетту в "Лебедином озере", Китри в "Дон Кихоте", Демид Зыков там же танцевал Базиля. Максим Клековкин и Анна Оль танцевали в Англии "Щелкунчика", я дал им такую возможность. А в "Ромео и Джульетте", наравне с Аней, заняты юные студентки хореографического училища Екатерина Булгутова и Елена Казакова. Все-таки Джульетте было всего пятнадцать лет.

- Похоже, вы, как Дзефирелли, стремитесь к абсолютной реалистичности!

- А по-вашему, Джульетту должна танцевать стареющая балерина? В моей версии мне так не видится! Напротив, считаю, что в главной героине должна быть искренность и трогательность - что, на мой взгляд, есть в этих девочках. Надеюсь, такое решение найдет отклик и у публики.

- Сергей, а чем-то еще ваша версия отличается от предшествующих?

- Изначально балет был написан на три акта - это слишком много для современного зрителя. Очень многоступенчатая, трудная музыка Прокофьева - разная, синкопированная, где-то неритмичная, с грандиозной образностью каждой сцены и каждого персонажа. Много всяких штучек в оркестровке, которые редко учитываются. Я пытался все понять, везде попасть. Найти адекватное решение каждой музыкальной фразе: что композитор хотел этим сказать? Языком балета доказать, что любовь Ромео и Джульетты уникальна до сих пор! В постановке много новых ходов и придумок в хореографии, сценографии и элементах костюмов Дмитрия Чербаджи. И даже в гриме - мы специально пригласили художника-гримера Людмилу Миленину. Хотелось сделать нечто большее, чем просто красивые мордочки и эффектные глазки...

Вы знаете, несмотря на признание за границей, у меня есть некоторые проблемы с рядом наших столичных критиков. Наверное, потому, что все, связанное с именем Григоровича, в Москве сейчас жестко контролируется и пресекается. Например, они заявляют, что как хореограф я ничего собой не представляю. Зато провальную версию "Ромео и Джульетты" в Большом театре превозносят до небес! Может, потому еще и воспринимаю этот балет как вызов... На что я способен как балетмейстер, смогу ли сделать какие-то открытия в своем спектакле? Репетировали почти полгода, не хотелось форсировать события... А после премьеры очень хочу пригласить сюда Большой театр с их постановкой - сравнить реакцию публики! (Смеется.) Надеюсь, они откликнутся на приглашение.

Елена КОНОВАЛОВА
«Вечерний Красноярск», 01.07.2005 г.