Отключить

Купить билеты
Забронировать билеты: 8 (391) 227-86-97

Версия для слабовидящих

Интервью

30.04.2014

Иван Карнаухов: «Танцовщик должен попробовать все»

30 апреля у ведущего солиста Красноярского театра оперы и балета Ивана Карнаухова творческий вечер. «Игра героя» – под этим названием, как говорит сам танцовщик, он собрал квинтэссенцию того, что наработал за 13 лет работы в театре. Свои самые любимые партии и номера, которые Иван исполнит вместе с друзьями. Компанию ему в этот вечер, кстати, с удовольствием согласилась составить и его прежняя партнерша Анна Оль, которая сейчас танцует в Московском музыкальном театре им. К. Станиславского и В. Немировича-Данченко.

Иван Карнаухов– Иван, логически возникает вопрос: какие любимые партии у артиста, станцевавшего практически весь классический балетный репертуар? Рискну предположить, что Спартак.

– Это была моя заветная мечта времен студенчества. Меня тогда очень впечатлил Спартак в исполнении Владимира Васильева и Михаила Лавровского, и я надеялся, что когда-нибудь и сам его станцую. Мечта сбылась, очень люблю этот балет. Но с не меньшим удовольствием исполняю разные партии в «Ромео и Джульетте», «Гусарской балладе», «Анюте», «Кармен»…

– Какие персонажи вам ближе – лирические или характерные?

– Предпочитаю делить репертуар немножко по-другому – на классический и современный. Так получилось, что танцевал я преимущественно классику. Первую сольную партию, Шута в «Лебедином озере» в постановке Александра Полубенцева, мне дали буквально через две недели после прихода в театр. В том же году у меня были партии в «Сильфиде», «Приключениях Чиполлино», «Дочери Эдипа»… Позже пошли главные персонажи. Я вообще считаю, что танцовщик должен попробовать все. Только с опытом становится понятно, какие партии тебе подходят, а какие нет. Например, несмотря на то, что я станцевал принцев в «Спящей красавице» и «Лебедином озере», это не мое – просто по физическому складу, здесь нужна другая фактура. Но все-таки я очень рад, что у меня была возможность попробовать себя и в таких ролях.

– В «Лебедином озере» вас чаще можно увидеть в партии Бенно…

Иван Карнаухов– Да, принца я танцевал только на гастролях в Англии, дебютировал в этом сезоне. А Бенно месяц назад исполнил уже в 197-ой и 198 раз.

– Какая партия для вас оказалась самой неожиданной?

– Мне было интересно поработать в «Красном маке», где я впервые исполнил отрицательного персонажа. Впрочем, для себя я его во многом оправдываю: все дурные поступки Ли Шань-Фу – от большой любви. В «Тщетной предосторожности» мне на гастролях достался Мишо – первая в моей практике возрастная роль. Непривычная пластика: мне – 30, а зритель должен поверить, что моему герою 60! (Смеется.) В репертуаре нашего театра, пожалуй, не отказался бы еще станцевать Солора в «Баядерке» и Резанова в «Юноне и Авось». А так – прошел практически через все, за исключением современных балетов «Римские каникулы» и «451 градус по Фаренгейту».

– Но к ним вас и не тянет?..

– Знаете, я вообще не слишком люблю современные постановки с бездумным использованием свободной пластики. Есть бессюжетная хореография, и она сама по себе замечательна. Это очень сложно – не проиллюстрировать музыку, а показать мысль в танце телом танцовщика. Есть современная сюжетная хореография – но ее еще меньше. А чаще показывают просто набор движений или музыкальные иллюстрации, словно живой эквалайзер по сцене бегает. Мне это неинтересно – я могу закрыть глаза и сам что-то представить, под ту музыку, которая мне нравится.

Возможно, я и не отказался бы попробовать себя в какой-то иной пластике. Но пока мне гораздо интереснее танцевать Альберта в «Жизели». Об этой партии я мечтал последние три-четыре года. И вот, дебютировал на недавних гастролях в Англии.

– Чем она вас так увлекла?

Иван Карнаухов– Это очень сложный спектакль. Альберт не просто разнообразен в своих порывах и мотивах действий. Он граф, у него роман с простой девушкой. Сначала для него это простое увлечение, легкомысленное. Но когда Жизель узнает, что не может быть вместе с ним и погибает, он мучается раскаянием. Не думаю, что молодой артист в состоянии понять и передать чувства, которые испытывает Альберт. Станцевать хореографию несложно, это может любой. Гораздо труднее создать образ, в который поверили бы зрители. Нужно самому что-то успеть пережить, глубже погрузиться в материал, перечитать Гейне. Обращение к литературным первоисточникам вообще очень полезно, в работе над любыми спектаклями.

– Для вас это обязательное правило?

– Теперь да, но вошло в привычку оно только со временем. На старте артиста нередко захлестывают амбиции, юношеский максимализм. Хочется самому доказать, на что способен, нет потребности от чего-то отталкиваться. Сейчас появилась – «Ромео и Джульетту» читал в оригинале. И впечатление довольно мрачное – оказалось, что у Шекспира много такого, на фоне чего эта история кажется сказкой. Представить, чтобы девушка в средневековой Италии ослушалась отца? Да никогда! Чисто с исторической точки зрения, по нравам и обычаям того времени просто невозможно. Это красивая легенда. Знание первоосновы дает какие-то иные краски, когда работаешь над ролью. Говорят, что в классике ничего нового станцевать нельзя. Ерунда – мне даже мои студенты каждое утро доказывают, что возможно. Хотя у них это еще идет от юношеского порыва. А с опытом, с новыми впечатлениями в работе могут вообще появляться какие-то неожиданные оттенки. Я и «Спартака» Джованьоли читал, и чеховскую «Анну на шее», и даже «Щелкунчика» Гофмана – полезно! (Улыбается.)

– Не удивительно, что чуть ли не каждая вторая девочка в детстве мечтает стать балериной. А что влечет в балет мальчиков?

Иван Карнаухов– Я не сразу попал в профессиональную школу. Шесть лет танцевал в детском ансамбле «Орленок» у Веры Николаевны Гудовской, потом полтора года – в танцевальной студии Театра музкомедии у Виталия Белобородова. И оттуда уже педагог отвел меня в училище. Мне там понравилось – нагрузки меньше, чем в моей прежней школе, все предметы знакомые, еще и стипендию платят! (Смеется.) Студентом в 1997 году танцевал в нашем театре Франца в «Щелкунчике», в постановке Вайнонена. И потом пришел сюда работать.

– Но на какое-то время уезжали в Москву?

– На год – хотел получить педагогическое образование. Но меня отговорили – на тот момент мысль была несвоевременная, в 19 лет надо танцевать. Я поработал в Камерном балете «Москва» с Натальей Михайловной Чеховской и Василием Серафимовичем Полушиным, танцевал в «Имперском русском балете» под руководством Гедиминаса Таранды, объездил с ним весь мир. Мне вообще очень везло с педагогами – и в самом начале, и в училище, и все время, что я работаю на профессиональной сцене. Всегда с благодарностью вспоминаю уроки своих учителей и сам теперь стараюсь передать это своим студентам.

– Чем вас в 19 лет заинтересовала педагогика?

– Не знаю, какая-то внутренняя тяга. К постановке балетов, например, никогда не тянуло. Когда я вернулся домой – честно говоря, утомила московская суета, к тому же, здесь стали активно выпускать новые спектакли, появилось много работы, – почти одновременно меня начали приглашать в училище. Сначала я по необходимости подменял педагогов на занятиях, был партнером у выпускниц на экзаменах. Потом взял собственный курс, среди моих первых выпускников – Гаджимурад Дааев, который недавно пришел работать в наш театр. В мае у меня уже будет третий выпуск… Параллельно окончил Академию русского балета им. Вагановой по специальности «Педагогика балета». Мне это не менее интересно, чем танцевать самому.

Иван Карнаухов– Когда артисту пора уйти со сцены?

– Чтобы зритель мог запомнить его в расцвете сил. Если не в состоянии танцевать на прежнем уровне, нужно либо уйти совсем, либо попробовать себя в возрастных партиях, они в балетах есть – отец Китри в «Дон Кихоте», Наставник в «Лебедином озере», Капулетти в «Ромео и Джульетте». Можно быть педагогом-репетитором, если есть такая склонность. Мне кажется, неловко показывать публике стареющего танцовщика – здесь не дотягивает, здесь устал, делает лишнюю паузу. Поэтому лучше пересилить себя и принять непростое решение и вовремя уйти, чем разочаровать зрителя.

Елена КОНОВАЛОВА
Фото Александра МИЩЕНКО
Интернет-журнал "Красноярск Дейли", 30.04.2014 г.

Дорогие друзья! ×

С 30 октября посещение событий театра возможно только при предъявлении QR-кода или прививочного сертификата. Также можно предъявить справку о перенесенном заболевании (если с момента выздоровления прошло менее 6 месяцев).