.jpg)
Галина Вишневская: голос, которому доверяли композиторы
Красивая дата – сто лет! Юбилей Галины Вишневской весь мир отмечает 25 октября 2026 года. А ровно через месяц Красноярский театр оперы и балета приглашает зрителей на посвященный ей вечер романса.
Вишневская была не только выдающейся оперной певицей, но и великолепной камерной исполнительницей. Романс стал важной и во многом отдельной главой ее творчества. Здесь не было грима, костюма и оркестровой мощи: оставались голос, слово и предельная честность интонации.
К исполнению романсов Вишневская подходила очень вдумчиво. Она не просто пела ноты – она глубоко проникала в смысл текста и музыки, искала внутреннюю интонацию. Певица стремилась к естественности, избегала излишней театральности. «В романсах Мусоргского важна простота и органичность – открой рот и пой, больше ничего», – говорила она. Для Вишневской, русской певицы по духу, романс был не просто жанром, а способом говорить о самом важном – о чувствах, о судьбе, о русской душе. Современники отмечали, что в ее трактовках была особая сила и страсть.
Камерный репертуар Вишневской был огромен. Она исполняла романсы Глинки, Даргомыжского, Мусоргского, Римского-Корсакова, Чайковского, Рахманинова, Стравинского, Прокофьева, Шостаковича, а также западноевропейских композиторов – Шумана, Вагнера, Дебюсси. Ее интерпретации романсов Мусоргского, Чайковского и Шостаковича критики и слушатели единодушно называли эталонными.
Особую любовь певица питала к романсам Глинки. В ее концертных программах и записях постоянно звучали «Я помню чудное мгновенье», «Сомнение», «Венецианская ночь», «Жаворонок», «Не искушай меня без нужды», «Колыбельная». Из Чайковского она чаще всего обращалась к «Средь шумного бала», «Кабы знала я», «То было раннею весной», «Снова, как прежде, один», «Отчего?» и «Страшной минуте». Мусоргский в ее исполнении – это, прежде всего, «Песни и пляски смерти», «Калистрат», «Светик Савишна». Еще в Москве она записала цикл «Шесть романсов» Мусоргского для пластинки, а позже исполняла их и в зарубежных концертах. Один из самых известных в ее интерпретации – романс «Звездочка» на слова Н. Грекова: в нем певица чувствовала «русскую песню, русский распев, русскую душу».
С 1960 года ее бессменным партнером по сцене стал муж Мстислав Ростропович. Их дуэт – один из самых прославленных артистических союзов XX века. Они вместе выстраивали программы, отдавая предпочтение русской музыке, и записали циклы Глинки и Рахманинова, вошедшие в золотой фонд звукозаписи. В эмиграции Вишневская записала пять дисков с романсами русских композиторов – Глинки, Бородина, Даргомыжского, Мусоргского и Чайковского. Эти записи получили международное признание: в 1977 году французская академия грамзаписи присудила певице приз лучшей оперной певицы года.
Особое место в ее судьбе занимают произведения, написанные специально для нее. Шостакович посвятил ей вокальные циклы «Сатиры» и «Семь стихотворений Александра Блока», Борис Чайковский – «Лирику Пушкина», Вайнберг – «Старые письма». Французский композитор Марсель Ландовски создал для сопрано и оркестра произведение «Ребенок зовет» (L'enfant chante), посвященное Галине Вишневской; его первое исполнение состоялось в 1979 году в Вашингтоне и было встречено с большим энтузиазмом.
Но, пожалуй, самая удивительная история связана с Бенджамином Бриттеном. Английский композитор, познакомившись с Вишневской и Ростроповичем в 1960 году, был настолько очарован их искусством, что через пять лет, летом 1965-го, в армянском Дилижане за две недели сочинил вокальный цикл «Эхо поэта» на стихи Пушкина – специально для Гали и Славы, как он написал в посвящении. Вишневская помогала Бриттену с пониманием русского текста, читала ему стихи вслух. Премьера состоялась 2 декабря 1965 года в Малом зале Московской консерватории – пела Вишневская, аккомпанировал Ростропович. Это был редчайший случай, когда зарубежный композитор писал цикл на русском языке для советской певицы, и жест доверия со стороны Бриттена говорит о масштабе ее дарования не меньше, чем любые награды.
