Премьерные спектакли – неотъемлемая составляющая фестиваля «Парад звезд в оперном. Словцов». В этом году режиссер Сергей Новиков, известный красноярцам по множеству постановок, представит со своей командой премьеру оперы Джузеппе Верди «Риголетто». Это копродукция с Нижегородским академическим театром оперы и балета имени А. С. Пушкина, где первые показы прошли осенью. В Красноярске посмотреть новую версию «Риголетто» (прежде опера неоднократно ставилась на нашей сцене) можно будет 7 и 8 февраля (6 февраля ее увидят держатели «Пушкинской карты»), а затем 4 и 5 апреля. 

Накануне премьеры режиссер Сергей Новиков и главный художник Красноярского театра оперы и балета Мария Высотская прокомментировали свой замысел. 

МАРИЯ ВЫСОТСКАЯ 

– В костюмах и декорациях у нас сочетаются элементы Ренессанса и барокко, мы вдохновлялись классическими образами в разработке оформления «Риголетто». Собственно, запрос на классику изначально был у нижегородцев, и директор Красноярского театра оперы и балета Светлана Владимировна Гузий поддержала идею. Хотя красноярцы, по моим наблюдениям, охотно откликаются на любые эксперименты, но костюмированные спектакли украшают репертуар, и, надеюсь, постановка в такой стилистике тоже вызовет зрительский интерес. 

Композитор перенес место действия произведения Виктора Гюго из конкретного дворца французского короля Франциска I в абстрактную итальянскую Мантую, во дворец неназваного герцога. Мы пошли за этой версией музыкальной драматургии от картины к картине: публика увидит типичные для того времени хижину Спарафучиле, дом Риголетто с итальянским балкончиком Джильды, интерьеры дворца герцога. Поскольку в Мантуе нет узнаваемых архитектурных доминант, то режиссер придумал использовать в оформлении панно с фонтаном Треви – архитектурно-скульптурным шедевром, безошибочно указывающим на итальянское культурное достояние.  Это один из самых узнаваемых барочных символов, и мы сочли уместным использовать его в качестве емкого художественного образа. 

Для меня как для художника эта работа особенно примечательна сложностью изготовления всего оформления – производство оказалось растянуто по многим городам России! Основную часть декораций, все конструкции изготовили в Москве, там же шили костюмы для солистов из Нижнего Новгорода. Костюмы для нижегородского хора создавали наши мастерские – для них это первый опыт, когда все пришлось отшивать без примерки, с полной отделкой, и он оказался успешным. Для сибирской труппы шьют отдельные костюмы. Наши мастерские также изготовили мебель и весь реквизит. В Красноярске сцена отличается от нижегородской – у нас другое световое оборудование, другие проекторы, и нам придется заново прописывать здесь свет и видео. 

Оперные спектакли – очень дорогое удовольствие, впервые опыт такой копродукции с разделением расходов давно опробовали в Европе, сейчас это пришло и в Россию. На красноярской сцене «Риголетто» в этом сезоне пройдет в феврале и апреле, потом отправится в Нижний Новгород. А в следующем сезоне, возможно, вновь покажем его в Красноярске или вывезем на гастроли – в условиях грядущего ремонта пока сложно говорить о конкретных датах. Но спектакль изначально создавался так, чтобы его можно было без особых затруднений адаптировать для любой площадки. 

СЕРГЕЙ НОВИКОВ 

– В нашей постановке присутствует множество визуальных образов, которые, возможно, известны лишь эрудированной публике, но именно они раскрывают суть происходящего и задают общую атмосферу всего спектакля. Скажем, фреска Пьетро да Кортоны «Триумф Божественного Провидения» – это символ неотвратимой судьбы, воли провидения и иллюзорности человеческой власти перед лицом высших сил. Знак того, что если человек свернул на кривую дорожку, то, как ни пытайся, обмануть судьбу не получится, можно только вернуться на истинный путь, но это будет сделать очень тяжело, практически невозможно. 

И чтобы понять, что же приводит Риголетто к трагической развязке, мне кажется, стоит попытаться, опираясь на текст либреттиста, как-то реконструировать биографию главного героя. У Виктора Гюго, по драме которого «Король забавляется» написана опера, события происходят при дворе французского короля Франциска I, современника британского монарха Генриха VIII, отказавшегося от власти Папы Римского. Погрузившись в либретто, вполне можно предположить, что Риголетто – некий английский дворянин, не пожелавший в угоду затеям своего короля отказаться от католической веры и вынужденный бежать от репрессий. Насколько для него важна религия, наталкивает фраза в дуэте Риголетто с Джильдой, где она его спрашивает: мол, отец, неужели у тебя нет ни родины, ни родственников, ни друзей? И он отвечает, что, в первую очередь, вера, но также и родина, и родственники, и друзья – вся вселенная теперь только в ней одной, в дочери. И далее, узнав, что Джильда, с его точки зрения, обесчещена, он поет о разрушении алтаря, который он выстраивал – рассчитывая, что дочь, не опозоренная шутовским ремеслом, по праву рождения сможет занять подобающее ей место. 

Да, это догадки, но на такие мысли наталкивают намеки в тексте, который звучит в опере. Как простой человек мог стать королевским шутом, метких слов и едких острот которого опасается весь двор? Судя по его мгновенным реакциям – это явно образованный человек. Мог ли простолюдин так искрометно шутить над дворянами? И если допустить, что он вынужден был в спешке покинуть родину, то есть, бежать, бросив все свое состояние, то встает вопрос: как заработать себе на жизнь? Тем более что у него появилась необходимость заботиться о дочери (в изгнании он встретил женщину, которая его полюбила без богатства – это тоже есть в либретто – и потом в родильной горячке умерла, оставив ему ребенка). Риголетто определил Джильду на воспитание в монастырь, но за ее содержание там надо платить. Отсюда вывод: шутовская служба ему не по душе, но он вынужден служить так, как умеет. 

В опере Верди у всех говорящие имена. Имя Риголетто (так переименовали его прототипа Трибуле), понятно, произошло от французского слова rigoler – «смеяться», «шутить». Но если место действия по цензурным соображениям было перенесено из Франции в Италию, почему нельзя было главную героиню драмы Гюго Бланш (дословно – белая) назвать на итальянский манер Бьянкой, почему она стала Джильдой? Мне кажется, здесь, опять же, создатели оперы хотели подчеркнуть характер девушки: не просто ее чистоту и невинность, но и жертвенность, что есть в самом значении имени, и холодную красоту. 

Может показаться, что «Риголетто» – это опера о столкновении личности и власти, но, на мой взгляд, здесь в основе все-таки конфликт человека и рока. Посмеявшись над горем Монтероне, чья дочь заплатила за помилование отца, став фавориткой герцога, Риголетто навлекает на себя проклятие отца. Но вместо раскаяния он хладнокровно планирует убийство. Это и есть его роковой выбор. Он попадает в собственную ловушку. Не герцог, хоть и обманувший Джильду, толкает ее под клинок наемного убийцы – сама девушка, воспитанная в идеях христианской жертвенности, спасает любимого ценой своей жизни, и ее гибель становится самым страшным наказанием Риголетто. От Божественного Провидения не уйти никому.

Елена КОНОВАЛОВА
"Опера & Балет" №6 (116), февраль 2026