ИСПАНСКИЙ ЧАС

В начале XX века появляются первые значительные произведения Равеля в разных жанрах. Довольно долго искал композитор подходящий сюжет для оперы. Его привлекла пьеса Г. Гауптмана «Потонувший колокол», но замысел остался неосуществленным. Возможно воображению Равеля, отличавшемуся пластичностью и конкретностью, оказался чуждым символизм немецкого драматурга. Вскоре он обратил внимание на совершенно иной сюжет — комедию Франк-Ноэна «Испанский час». Франк-Ноэн (настоящее имя — Морис Этьен Леонар, 1873-1934), парижский адвокат, одновременно работавший в столичных журналах литературным обозревателем, был также автором романа, стихов и пьес. В 1904 году он написал водевиль «Испанский час», который с успехом шел в одном из парижских театров. «То, что я попытался сделать, — довольно смело: я хотел возродить итальянскую оперу-буффа, — вернее, только ее принципы. Мое произведение задумано не в традиционной форме, как и его единственный прообраз — «Женитьба» Мусоргского, точно воспроизводящая комедию Гоголя, — вспоминал композитор. — В текст Франк-Ноэна не внесено никаких изменений, за исключением нескольких купюр <...> Дух этого произведения откровенно юмористический. Я хотел передать иронию именно музыкой, гармонией, ритмом, оркестровкой, а не так, как в оперетте, путем произвольного нагромождения смешных слов <...> Именно современный оркестр, как мне кажется, дает возможность подчеркнуть, усилить эти комические эффекты. Читая «Испанский час» Франк-Ноэна, я решил, что эта забавная фантазия как раз отвечает моим планам. В этом произведении многое меня пленило: смесь бытовой речи с нарочито смешной восторженностью, атмосфера необычных забавных шумов, которая окружает действующих лиц в лавке часовщика. Наконец, возможность разнообразного использования характерных ритмов испанской музыки». Быть может, последнее и было решающим. Композитор, наполовину испанского происхождения, очень любил народную музыку Испании. В то же время, когда создавалась опера, он писал и оркестровую Испанскую рапсодию.

«Испанский час», работа над которым началась в 1907 году, был закончен в 1908-м и представлен в парижский театр Комической оперы. Однако ее директор нашел, что сюжет «несколько скабрезный», а действие затянуто, и положил партитуру под сукно. Премьера оперы Равеля состоялась лишь 19 мая 1911 года, в один вечер с оперой Массне «Тереза». «Испанский час» композитор посвятил жене своего друга. На партитуре значится: «Мадам Жан Крюппи в знак почтительной дружбы».

Место действия: Толедо. Время: XVIII век

Лавка старого мастера Торквемады сверху донизу уставлена часами, курантами, техническими диковинками — от хрупких ящичков с механическими кукушками, напоминающими о себе каждые пятнадцать минут, до огромных каталонских часов, в деревянных футлярах которых без труда поместился бы взрослый человек- Впрочем, определить точный час, находясь в мастерской Торквемады, невозможно: стрелки на циферблатах, указывая разное время суток, отчаянно противоречат друг другу, а кукушки и куранты своей непрерывной звонкой разноголосицей окончательно сбивают с толку случайного посетителя... В лавку заглядывает Рамиро. «Королевский погонщик мулов»,— горделиво рекомендуется он. У Рамиро неприятность — сломались старинные дедовские часы, фамильная драгоценность. Погонщик мулов надеется на мастерство многоопытного Торквемады. Однако часовщик не может заняться клиентом: сегодня четверг — день, когда он осматривает и регулирует городские часы. Поскольку он должен отлучиться, Рамиро придется подождать; вернувшись, старый мастер быстро устранит поломку. Молоденькая Концепция, супруга Торквемады, не на шутку встревожена словами мужа. Ведь четверг — единственный день недели, когда, в отсутствие старика, она может встретиться со своими возлюбленными. Докучливый посетитель — помеха всем ее планам, пребывание сегодня в доме клиента более чем некстати... Необходимо срочно искать выход из создавшегося положения: с минуты на минуту придет поклонник очаровательной Концепции, молодой бакалавр Гонзальв. Вот, кстати, осторожным стуком в дверь он уже на-поминает о своем присутствии... Большие каталонские часы наводят изобретательную супругу Торквемады на счастливую мысль. Воспользовавшись минутной отлучкой Рамиро, она заталкивает бакалавра во вместительный корпус и накрепко захлопывает дверцу. Рамиро встречен просьбой: часы должны быть водворены в спальню Концепции, на втором этаже, но слабосильному Торквемаде никогда не совладать с тяжелой ношей. Не возьмется ли Рамиро переправить часы наверх? Гость рад услужить хорошенькой хозяйке. Водрузив на плечи увесистый груз, он не спеша поднимается по лестнице; Концепция, довольная удачной выдумкой, следует за ним. Мастерская ненадолго пустеет. Затем на пороге показывается очередной поклонник юной ветреницы — банкир дон Иниго Гомец. Ему отлично известно, что часовщик на еже-недельном обходе, известно, что плутовка Концепция отнюдь не против их встречи. В нетерпеливом ожидании достойный сеньор расхаживает по комнате. Странно, слышны приближающиеся мужские шаги.» Необходимо бежать- Либо спрятаться, переждать неведомую опасность. Влюбленный банкир предпочитает второе. Каталонские часы, точная копия тех, что отправлены в спальню Концепции, представляются опытному ловеласу подходящим убежищем. Он, правда, не-сколько грузен, корпус часов тесноват, однако положение дона Иниго обязывает его мириться с неудобствами. Насилу втиснувшись в футляр, банкир спешит прикрыть спасительную дверцу. „Рамиро доверили присмотреть за лавкой, и он добросовестно выполняет поручение. Неожиданно вниз спускается Концепция. На ее лице нескрываемое разочарование. Увы, бедняжка бакалавр решил, что свидания с женщинами существуют для того, чтобы декламировать любимым выспренние стихи и напыщенные оды По его мнению, именно за этим он был спрятан в часы и отправлен наверх столь необычным способом. Концепция просит РсИмиро перенести поклажу обратно в лавку — не станет же она держать в своей комнате часы, которые «идут совсем в обратную сторону». Рамиро с готовностью удаляется, и дон Иниго наконец-то получает возможность доложить о себе хозяйке. Концепции недолго изменить свои планы, погошцику мулов, вернувшему неудачливого Гонзальва в мастерскую, недолго перетащить на второй этаж другие часы, на сей разе банкиром. Они, правда, несколько тяжелее первых, однако разница в весе — сущий пустяк для силача Рамиро. С незначительными изменениями в действующих лицах события повторяются: Рамиро присматривает за мастерской часовщика, Гонзальв, поменявшийся местами с банкиром, таится в узком и душном футляре; наконец Концепция, раздосадованная Пуще прежнего, покинув свои апартаменты, вновь спускается на первый этаж. Толстяк Иниго, забившись в ящик в минуту опасности, не может выбраться из него без посторонней помощи! Сил Концепции оказалось недостаточно, дабы вызволить банкира на Божий свет. Не будет ли Рамиро так добр убрать из ее комнаты и эти бесполезные, никчемные каталонские часы? С покорностью мула погонщик отправляется наверх. Его любезность и услужливость подкупают, а сноровка и не-заурядная физическая сила восхищают Концепцию. Бросив бакалавра и банкира на произвол судьбы, она, в конце концов, предпочитает им скромного деревенского парня... Возвратившись домой, Торквемада обнаруживает в часах посторонних мужчин. «Покупатели»,— поясняет удив ленному старику находчивая супруга — Желая приобрести товар, банкир и бакалавр решили воочию и детально ознакомиться с механизмом часов... Дон Иниго и Гонзальва вынуждены раскошелиться, платя за ненужные часы, равно как и за собственные промахи; Торквемада, довольный сделкой, приходит в отличное расположение духа; Концепция и Рамиро, обмениваясь нежными взглядами, уславливаются о дальнейших встречах.